![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
Я убил тебя…
Я убил тебя, и теперь, что бы говорить с тобой, я вынужден тебя воскресить. Не могу же я говорить с трупом. Я же не сумашедший…
Это нечестно и бесчеловечно, встречаться с тобой и не видеть тебя. Да прости, оболочка твоего тела ничего не говорит мне, как будто просто слой клеток, слизи, нервных окончаний, все это прекрасно, но то, что находится внутри или равномерно распределено во всем этом биологическом разнообразии не имеет ко мне никакого отношения. Я даже не очень понимаю как сейчас с тобой разговаривать. Ведь я на самом деле даже не с тобой говорю. Я имею ввиду не те моменты когда мы кричим друг на друга (тогда я вообще скорее с собой разговариваю), а вообще… Т.е я хочу сказать, что когда ты говоришь мне что то, на самом деле со мной говорит другой человек. «Человек?» На самом деле даже не уверен, что человек. Этот кто-то курсирует из тела в тело, продолжая со мной давно начатый разговор тысячей различных губ, рук, слов. И мне никак не найти с ним общий язык. И не важны деепричастные обороты и сами слова, я то знаю что оно на саом деле имеет ввиду. Я глух и неприязненнен и оттого разговор наш не клеится. И выбор мой все время ложится на ворох собранных в спешке вещей и замки на двери. И весь ужас происходящего в том, что если выключить этот телевизор, то программа, идущая по нему не остановится, просто я включаю этот ящик раз за разом и вижу ту же самую передачу, но не сначала, на совершенно непонятном месте и вновь увлекаюсь происходящим.
Неужели я сам включил это, почему я не помню этого. Отчего выбросил ключи от той самой первой двери и не нахожу то, чего я так боюсь и хочу за всеми другими дверьми.
Будь это ты или кто-то другой, это ничего не изменит. Мы вынуждены встречаться сами с собой, а не с окружающими нас людьми, потому что большинство, тоже встречаются лишь со своими отражениями и нам это противно.
Глубокое отвращение вот, что я испытываю от окружающих, потому что вижу в них все те гнилые места которые во мне, не дающие мне покоя ни днем ни ночью.
Вот откуда тот страх и нежелание лечь спать пораньше, нет сил думать о себе, зная о себе все. Лучше свалиться без сил заасфальтировав свой мозг тучей книг и миллионом мыслей о чем угодно.
Я рад, что твоего тела не будет рядом, тела, потому что твоя мятущаяся душа навряд ли приближалась когда-нибудь ко мне или тому, что ты называешь мной.
Мне трудно себя принять и я искренне удивляюсь, когда чувствую это принятие в окружающих, это тот свет, к которому тянутся куски моего существа, где-то на дне моего сознания.
И я в гневе уползаю, когда не получаю желаемого, жалуясь на то, что остался неоцененным.
Я убил тебя, и теперь, что бы говорить с тобой, я вынужден тебя воскресить. Не могу же я говорить с трупом. Я же не сумашедший…
Это нечестно и бесчеловечно, встречаться с тобой и не видеть тебя. Да прости, оболочка твоего тела ничего не говорит мне, как будто просто слой клеток, слизи, нервных окончаний, все это прекрасно, но то, что находится внутри или равномерно распределено во всем этом биологическом разнообразии не имеет ко мне никакого отношения. Я даже не очень понимаю как сейчас с тобой разговаривать. Ведь я на самом деле даже не с тобой говорю. Я имею ввиду не те моменты когда мы кричим друг на друга (тогда я вообще скорее с собой разговариваю), а вообще… Т.е я хочу сказать, что когда ты говоришь мне что то, на самом деле со мной говорит другой человек. «Человек?» На самом деле даже не уверен, что человек. Этот кто-то курсирует из тела в тело, продолжая со мной давно начатый разговор тысячей различных губ, рук, слов. И мне никак не найти с ним общий язык. И не важны деепричастные обороты и сами слова, я то знаю что оно на саом деле имеет ввиду. Я глух и неприязненнен и оттого разговор наш не клеится. И выбор мой все время ложится на ворох собранных в спешке вещей и замки на двери. И весь ужас происходящего в том, что если выключить этот телевизор, то программа, идущая по нему не остановится, просто я включаю этот ящик раз за разом и вижу ту же самую передачу, но не сначала, на совершенно непонятном месте и вновь увлекаюсь происходящим.
Неужели я сам включил это, почему я не помню этого. Отчего выбросил ключи от той самой первой двери и не нахожу то, чего я так боюсь и хочу за всеми другими дверьми.
Будь это ты или кто-то другой, это ничего не изменит. Мы вынуждены встречаться сами с собой, а не с окружающими нас людьми, потому что большинство, тоже встречаются лишь со своими отражениями и нам это противно.
Глубокое отвращение вот, что я испытываю от окружающих, потому что вижу в них все те гнилые места которые во мне, не дающие мне покоя ни днем ни ночью.
Вот откуда тот страх и нежелание лечь спать пораньше, нет сил думать о себе, зная о себе все. Лучше свалиться без сил заасфальтировав свой мозг тучей книг и миллионом мыслей о чем угодно.
Я рад, что твоего тела не будет рядом, тела, потому что твоя мятущаяся душа навряд ли приближалась когда-нибудь ко мне или тому, что ты называешь мной.
Мне трудно себя принять и я искренне удивляюсь, когда чувствую это принятие в окружающих, это тот свет, к которому тянутся куски моего существа, где-то на дне моего сознания.
И я в гневе уползаю, когда не получаю желаемого, жалуясь на то, что остался неоцененным.
Leave a comment
